Разлом
Очередь галдела. Как многоглазый монстр, эта биомасса заполняла тесное пространство холла, вбирая в себя робких новичков и неохотно выпуская тех, кому повезло оказаться по ту сторону заветной двери. Стены облупились, пластик пошел трещинами. Кое-где свисали оголенные провода, пара потолочных ламп нервно мигала.
Внезапно над толпой возвысился грузный, лысоватый мужчина. Каким-то чудом он отбил стул и взгромоздился на него.
— Да что это, черт возьми, такое?! — воскликнул он. Его лицо побагровело, глаза лихорадочно блестели. — Это возмутительно! Я буду жаловаться! Беспредел!
Он потряс в воздухе зажатыми в кулаке мятыми бланками.
— У нас есть все справки! Мы имеем право на нормальные условия!
Очередь, замершая на секунду, одобрительно загудела.
— Товарищи! Сограждане! — мужчина распалялся всё сильнее, голос срывался на крик. — Не побоюсь этого слова, братья по несчастью!
— Мужчина, успокойтесь, — громко и властно произнес вошедший охранник в черной форме. — Вы же не собираетесь ломать металлическую дверь голыми руками?
Еще секунду назад казалось, что мужчина готов именно к этому. Но от сухого вопроса он как-то разом сник и опал.
— Нет… — пробормотал он и неловко слез со стула.
— Вам отказали? — спросил охранник.
— Да.
— Тогда нечего тут место занимать, — строго отрезал он, но затем добавил мягче: — Ступайте домой.
Под гул толпы мужчина обреченно побрел к выходу. Натянув в раздевалке тяжелый комбинезон, он шагнул на улицу. Буря не прекращалась уже неделю. Выл ветер, ледяная крошка яростно хлестала по лицу. Мир скрылся за белым маревом. Мужчина знал дорогу до своего жилого блока наизусть, но направился в другое место — единственный на весь город бар.
В баре было тепло. Играл негромкий джаз. Посетителей было немного. Мужчина снял комбез, прошел через зал и тяжело опустился на табурет у стойки.
— Привет, Иван, — поздоровался бармен с легким акцентом. — Как успехи? — Он привычно улыбнулся и плеснул в стакан виски.
— Снова отказ.
— Значит, двойной, — констатировал бармен и долил спиртного.
Иван с благодарностью принял стакан и выпил всё до капли. Затем тут же заказал еще.
— Слушай, Иван, с тобой хочет поговорить один мой знакомый. Не против, если я вас познакомлю? — бармен кивнул на человека с чашкой кофе в дальнем конце стойки.
— Да делайте что хотите… — безразлично отозвался геолог.
Бармен сделал знак рукой. Человек легко соскользнул со стула и подошел ближе. Среднего роста, подтянутый. Лицо молодое, открытое, но взгляд цепкий и жесткий — такие глаза бывают у тех, кто повидал слишком многое.
— Здравствуйте! Меня зовут Марк. — Незнакомец протянул руку. Иван вяло ответил на рукопожатие.
— Я корреспондент новостной сети. Прилетел сегодня. Хочу снять репортаж о местной жизни. О жизни ученых на Марсе.
— Валяйте… — хмыкнул Иван. — Я вам такого могу порассказать. Мы тут живем, как бродячие псы. Нас как-то уже снимали, так всё вывернули, мол, мы тут как сыр в масле катаемся.
Журналист достал из кармана смарт-очки. На дужке мигнул индикатор записи.
— Я слышал, у вас проблемы с финансированием.
— Да черт возьми! — Иван взял стакан, но на этот раз лишь пригубил. — Нам платят копейки. Половина колонии в долгах. На мне висит огромный кредит, и уехать я не могу — связан контрактом. А бюрократы из управления постоянно отказывают в помощи, будь они прокляты.
— Как вышло, что у вас долги?
— Мое бывшее начальство на Земле пообещало вылечить жену. Я согласился, взял ссуду, перевелся сюда. — Иван помрачнел, уставившись в пустоту. — Жена умерла. А меня даже не отпустили на похороны. — Он залпом допил виски. — Это было пять лет назад. И я до сих пор здесь торчу.
— Соболезную… Кем вы работаете, если не секрет?
— Я геолог. Ковыряюсь в грязи, колю камни, делаю анализы. Ничего романтичного.
— Хотелось бы взглянуть на ваши лаборатории. Говорят, оборудование сильно устарело.
— Устарело — не то слово. Можно устроить. Если уж вас пустили на базу, пропуск в НИИ выпишут без проблем.
— А как вы живете? Могу я посмотреть ваш блок?
— Да хоть сейчас. Джон, запиши на мой счет, отдам с получки! — бросил Иван бармену, поднимаясь.
Они облачились в комбинезоны. Экипировка Марка больше напоминала современный легкий скафандр с интегрированной системой жизнеобеспечения, выгодно контрастируя с дутым, потертым пуховиком Ивана.
Три километра по засыпанным снегом улицам, сквозь пургу при минус сорока — не самая приятная прогулка. Через полчаса они добрались до нужного жилого сектора.
Пластиковые коробки блоков возвышались на сваях. Чтобы попасть внутрь, приходилось преодолевать обледеневшие металлические лестницы. Внутри гостей встречали тесные коридоры, где едва могли разминуться два человека. Свет зажигался с запозданием. Табличка в холле гордо гласила: «Жилой блок №5. Сдан в эксплуатацию в 2080 году».
Иван приложил магнитный ключ к замку. Дверь со скрипом отъехала в сторону, открывая крошечную, четыре на три метра, комнату. Узкая кровать, полки с книгами, откидной столик, панель медиа-центра и встроенный шкаф.
— Вот так и живем, — Иван снял пуховик и с усилием вдавил панель на стене, открывая тесный гардероб. — Раздевайтесь, Марк.
— Нет, спасибо, — журналист лишь снял шлем.
— Присаживайтесь, — геолог указал на кровать. — Выпьете?
— Не откажусь.
Иван извлек из шкафчика бутылку с зеленоватой жидкостью и две рюмки.
— Земная настойка. Огромная редкость, — вздохнул он. — Берег для особого случая. Но гости у меня бывают нечасто.
Иван разлил напиток.
— За свободу! — невесело усмехнулся он. Дзынькнуло стекло.
Около часа Иван изливал душу: рассказывал о тяжелых условиях, о простоях из-за бурь, о том, как Земля урезала финансирование, оставив на Марсе лишь кучку упрямых ученых, работающих на устаревшем оборудовании. Монолог прервал вибрирующий зуммер коммуникатора на запястье Ивана.
— Начальство, — бросил геолог и активировал связь. Встроенный имплант транслировал звук прямо во внутреннее ухо.
— Ваня, ты срочно нужен на базе, — раздался голос директора НИИ Леонида Сергеевича.
— Что случилось?
— Ребята снимали показания у Папанинской гряды, и их вездеход провалился в карстовую пещеру. Собираем спасательную экспедицию. Нужен геолог для оценки стабильности грунта.
— Понял. Знаете, у меня тут журналист с Земли. Можно взять его с собой?
— Бери! Пусть видит нашу работу в поле. Жду вас в ангаре.
Иван коротко обрисовал ситуацию. Марк воспринял идею с неожиданным энтузиазмом.
Вскоре они стояли в ангаре НИИ возле приземистого гусеничного спасательного вездехода, оснащенного краном. Внутри уже сидели двое крепких спасателей и сам Леонид Сергеевич — седой мужчина с аккуратной бородкой. Он быстро проинструктировал команду, пожал всем руки и покинул машину, пообещав следить за операцией из центра.
Машина шла мягко. Водитель ориентировался по приборам: за окнами бушевала снежная пелена. До цели было больше сорока километров по пересеченной местности.
Когда они прибыли, видимость упала до нуля. На радаре зияла огромная пустота провала. Фары выхватили из мрака заднюю часть застрявшего исследовательского джипа.
— Связи с ребятами нет. Маячки не пеленгуются, — доложил водитель.
Группа вышла наружу. Дыра в грунте достигала десяти метров в диаметре. Спасатели ловко зацепили джип тросами и за несколько минут вытянули его на поверхность лебедкой. Машина была пуста.
— Видимо, ушли вглубь пещеры, — мрачно констатировал Иван, сбрасывая в провал веревочную лестницу.
Спустившись, группа оказалась в обширной сети тоннелей. Кварцевые стены мерцали в свете мощных фонарей.
— Раздолбаи. Даже маркерами путь не отметили, — ругнулся спасатель.
На развилке старший группы повернулся к журналисту:
— Марк, держитесь рядом с геологом. Никакой самодеятельности. Мы идем направо, вы с Иваном — налево. Встречаемся здесь через два часа.
Он щедро распылил на стене люминесцентный крест.
Иван и Марк углубились в левый тоннель. Они шли молча. Вскоре свод стал ниже, проходы сузились.
На очередной развилке Марк уверенно указал вправо:
— Нам туда.
— Вы уверены? — удивился Иван. — Интуиция?
Лицо журналиста неуловимо изменилось. Исчезла открытость, появилась ледяная сосредоточенность.
— Можно сказать и так.
Они шли еще около часа. На привале Иван достал флягу с водой, а Марк извлек из кармана скафандра незнакомый прибор со светящимся экраном.
— Марк, может, всё-таки расскажете, что вы ищете? — не выдержал геолог.
Журналист посмотрел ему прямо в глаза.
— Иван… Я не журналист. И у меня здесь своя цель. Пропажа ваших коллег связана с тем, что находится впереди. — Прибор в его руках тонко запищал. Марк побледнел. — У нас нет времени. Просто помогите мне. Я всё объясню потом.
Иван сам не понял, почему кивнул. Возможно, осточертевшая рутина требовала хоть какого-то безумия.
— Возьмите это, — Марк всучил ему прибор. — Скоро мы выйдем к Разлому. Не пугайтесь. Встаньте напротив меня. Когда я крикну, жмите на кнопку. А теперь — бегом!
Они сорвались с места. Тоннель расширился и вывел их в колоссальную каверну. Из центра пещеры исходил пульсирующий багровый свет. Пространство там казалось искаженным, разорванным. Это и был Разлом — черная рана в реальности с сияющими кристаллическими краями.
— Осторожно! — рявкнул Марк и отшвырнул Ивана в сторону. Сверху рухнула массивная красноватая тень.
Иван упал, и его глазам предстало невероятное зрелище. Лицо Марка поплыло, меняя форму. Зрачки вытянулись, радужка стала янтарной. Черты заострились, приобретая хищные, рептилоидные контуры. Из-под брони скафандра выхлестнул мощный чешуйчатый хвост.
Напавшее существо оказалось гуманоидом с багровой, бугристой кожей и гипертрофированными мышцами. Марк — или то существо, которым он был на самом деле — стелился по земле, двигаясь с невероятной скоростью. В его руке из ниоткуда возникло длинное костяное лезвие.
Противники сшиблись. Их движения смазывались от скорости. Наконец Марк поднырнул под удар багрового гиганта и вонзил лезвие ему в грудь. Существо рухнуло, фонтанируя темной кровью.
— Кнопку! Быстрее! — закричал Марк, бросаясь к краю Разлома.
Иван на подкашивающихся ногах встал напротив него и вдавил клавишу на пульте.
Ослепительная белая вспышка выжгла всё. Ударная волна швырнула геолога на камни, и сознание померкло.
Иван очнулся от резкого света. Белые стены, жесткая койка, металлический стол со стаканом воды. Всё тело ломило. Он сел, машинально почесывая зудящее предплечье.
Дверь открылась. Вошел человек в черной форме службы безопасности.
— Здравствуйте, Иван Алексеевич. Меня зовут Петр. Вы задержаны до выяснения обстоятельств. Расскажите о вашем спутнике.
Следователь говорил мягко, но взгляд его был колючим. Иван рассказал всё, что помнил до момента спуска в пещеру. Дальше память обрывалась.
— Нас интересует финал, — настаивал безопасник.
Зуд на руке усилился. И вдруг воспоминания прорвали плотину. Он вспомнил вспышку. Вспомнил, как пришел в себя на каменном полу пустой пещеры. Разлом исчез.
Марк, снова в человеческом облике, склонился над ним. Его голос звучал мягко и мелодично.
— Простите, что втянул вас. Надеюсь, у вас не будет проблем. Возьмите. — Он протянул странный гладкий предмет, похожий на металлического головастика. — Это маяк и транслятор. Сосредоточьтесь на нем, если захотите поговорить. Прощайте.
Головастик коснулся руки Ивана и, словно живой, скользнул под кожу предплечья.
Иван сидел на жестком стуле, глядя в холодные глаза следователя. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза и мысленно потянулся к зудящему месту на руке.
В голове раздался веселый, мелодичный голос:
— Привет!
А затем сквозь белые стены изолятора пробился шум теплого океанского прибоя, и Иван почувствовал на лице ласковые лучи летнего солнца.
© Теодор Московский, 2013 г., Москва.